– Я угощаю.

Чувствуя расположение к темноволосой девушке и желая побольше узнать о семье Эдварда, Джулия согласилась, хотя предложение заплатить за нее задевало ее гордость. Но за обедом завязался очень интересный разговор. Изабелла рассказала, что ее брат никогда серьезно не интересовался женщинами.

– Правда, пару лет назад у него завязывалось, кажется, нечто серьезное с одной женщиной, но все окончилось неудачно, и с того времени Эд ни с кем не был особенно близок, – сообщила она. – Может, я и не права, но, кажется, ты нравишься Эдварду, Джул. Конечно… монахом Эда назвать нельзя, женщины без ума от него, но я еще ни разу не слышала, чтобы он хоть об одной из них отзывался, как о тебе. Брат не раз говорил мне, как ему повезло с тобой.

Затем Изабелла заговорила о своей свадьбе, до которой осталось три дня.

– Все, кто связан с Фондом поддержки иммигрантов, приглашены. Я бы очень хотела, чтобы и ты пришла.

Джулия сразу же задумалась о том, сможет ли бабушка остаться с Джонни и сможет ли она купить подарок. Изабелла слегка пожала ее руку.

– Я знаю, сколько ты получаешь и что у тебя маленький ребенок, так что, пожалуйста, даже не думай о подарке или о том, кто присмотрит за ребенком. Твое присутствие… и твоего малыша… будет для меня лучшим подарком.

Когда девушки вернулись в офис, телефон, казалось, разрывался. Подбежав к аппарату, Джулия схватила трубку:

– Фонд поддержки иммигрантов.

– Привет, Джул. – Голос Эдварда, казалось, прокрался в тот уголок ее души, которому так не хватало его. – Как дела?

– Мм, нормально, – выдавила она, не доверяя своему голосу.

К удивлению Джулии, босс, сообщив, что возвращается в пятницу вечером, замялся, будто хотел сказать что-то еще.

– Я хотел бы пригласить тебя на свадьбу, – сказал он, наконец. – Изабелла выходит замуж в субботу, и, хотя мое приглашение запоздало…

– Она пригласила меня сегодня, – перебила Джулия.