Как же Константину Витале удалось разрушить стену, которую она воздвигла вокруг себя, всего лишь парой оскорбительных фраз?

Ты давно перестала быть неуклюжим подростком. Ты способна справиться с самой сложной ситуацией. Почему же ты позволила ему так вести себя?

Эннис прижала пальцы к пульсирующим болью вискам. Кончиками пальцев ощутила грубую кожу шрама и, словно обжегшись, отдернула руку. Он постоянно присутствовал в ее сознании. Но сегодня вечером, за ужином, она ни разу не вспомнила о нем.

Только уходя, нарочито резким движением откинула волосы со лба.

Ну давай, возьми себя в руки. Эннис умылась холодной водой и почувствовала себя лучше.

- Хватит хандрить, - сказала она себе, глядя в зеркало.

Яркий электрический свет безжалостно высветил уродливый шрам на лбу. Перед глазами встала картина: ужас и отвращение на мамином лице, когда она увидела дочь после того несчастного случая.

Эннис стряхнула головой, чтобы прогнать воспоминания.

- Давай, красотка со шрамом, - сказала она своему отражению. - Ты можешь сделать это. Ты уже делала это раньше. Все равно это твоя первая и последняя встреча с Константином Витале. Он не стоит того, чтобы столько думать о нем. Просто смотри на него как на временное затруднение, и все.

Она вытерла лицо и причесала слегка вьющиеся волосы, старательно маскируя шрам. Выпрямившись, Эннис вышла из комнаты.

Все складывалось не так плохо. Линда решила сделать перерыв между переменами блюд и дать людям пообщаться, а когда пришло время садиться за стол, предложила поменяться местами.