На самом деле одежда его была в порядке. Он надел один из своих самых добротных и мягких итальянских костюмов — темно-серую пару из немнущегося шелка, в которой он без труда мог ощутить себя миллионером. На нем был также шелковый галстук подходящего серого оттенка, с косыми синими и желтыми полосами. Модный, стильный галстук, и притом не кричащий. Джейсон даже побрызгался одеколоном, который приберегал для особых случаев.

Он знал, что перед ним нелегкая задача, поэтому ни в чем не хотел полагаться на случай, а использовал все лучшее из своего арсенала, чтобы создать привлекательный, заманчивый образ. Ему хотелось быть всем, чем не был Дин Рэтчитт, предложить ей все, чего не было у Дина Рэтчитта. Положительный, надежный союз с мужчиной, который не станет ей изменять, которым она сможет гордиться.

Он набрал в грудь воздуха, чтобы успокоиться, поднялся на крыльцо и постучал. За те несколько секунд, что она шла к двери, нервное напряжение вызвало у него неприятное движение в желудке. Надо было вначале поесть, с неудовольствием подумал он. Но он был не в состоянии усадить себя за стол до встречи с Эммой, до ее ответа.

Ему вдруг пришло в голову, что она тоже может счесть его сумасшедшим. Утрата привычной уверенности поразила его.

«Она посмеется над тобой, — зазвучал в его голове голос разума. — Она романтически настроена и не любит тебя».

Дверная ручка медленно повернулась, и дверь стала открываться. Свет ударил Джейсону в глаза. Силуэт Эммы появился на пороге; лица ее не было видно.

— Джейсон?

В тихом голосе слышалось удивление. Когда он навещал Айви, то несколько недель уговаривал Эмму называть его по имени. И все равно она иногда называла его доктором Стилом. Хорошо, что не в этот раз.

— Здравствуйте, Эмма, — сказал он, удивляясь своему холодному тону. Пусть сердце выпрыгивает у него из груди, пусть все внутри переворачивается, внешне он все тот же уверенный в себе доктор. — Разрешите зайти к вам на несколько минут?