– Я хочу выйти замуж за лорда Осалтона. За Гарольда, – добавила она, решив, что теперь, когда они официально обручены, ей пора называть своего жениха по имени.

Клара любящим взглядом посмотрела на сестру:

– Насколько я поняла, ты собираешься делать то, что решила, верно?

– До тех пор, пока я считаю, что поступаю правильно. Я выбрала свой путь, взяла на себя определенные обязательства и не собираюсь от них отказываться.

Подняв тонкую изогнутую бровь, Клара встала и направилась к двери:

– С тобой совершенно нет смысла спорить. Ты всегда поступала правильно, даже тогда, когда Софи и я пытались соблазнить тебя. Но, знаешь, ты лишилась при этом многих удовольствий.

Адель рассмеялась:

– Я также избежала многих часов стояния в углу.

– Приключения имеют свою цену, – ответила Клара, пожав плечами.

– И вы с Софи всегда были готовы заплатить эту цену.

В это время в каюту зашла горничная Адели и начала стелить постель. Клара открыла дверь в свою каюту и, выходя, проговорила:

– Ночью мы пристанем где-то, чтобы взять на борт нескольких пассажиров, а затем совсем скоро будем в Ливерпуле. Это будет утром. Мне кажется, твое, решение окончательно?

– Да, безусловно.

– Тогда я удовлетворена. Пойду посмотрю, как там маленькая Энн. Увидимся утром. – Клара вышла из каюты и закрыла за собой дверь.

Адель улыбнулась горничной и взяла свою ночную рубашку:

Лондонский театр «Савой»

Этой же ночью

В определенных кругах Лондона было хорошо известно, что Франс Фэрбанкс, знаменитая актриса, которую многие считали самой очаровательной из живущих в Англии, любила лежать обнаженной на мягкой медвежьей шкуре в ее гостиной, в которой стоял аромат секса, вина и дорогой французской косметики. Вот и сейчас она зарылась в пушистый медвежий мех и внимательно смотрела на своего любовника.