Фернан опустился на скамейку под одним из платанов и жестом пригласил девушку сесть рядом.

— Что ты мне скажешь, Мари? — нарушил он затянувшееся молчание. — Что ты решила?

— Я… — Всего несколько минут назад девушка собиралась попросить его дать еще пару дней на размышление. Но близость Фернана лишила ее способности рассуждать здраво. Она с ужасом поняла, что произносит совсем другие слова и ничего не может с этим поделать. — Я… думаю, что… мне лучше принять твое предложение.

Фернан ничего не ответил, не сделал ни одного движения. Мари вдруг ощутила, как ее охватывает ужас. Неужели он передумал, и она попала в глупейшее положение, в первой же фразе ответив согласием на предложение, сделанное несколько дней назад.

Наконец Фернан заговорил:

— Судя по твоему измученному лицу и напряженному голосу, ты не замуж собираешься выходить, а принимать мученическую смерть. — В его глазах застыла странная печаль. — Счастливые невесты так не выглядят.

— Но мне очень тяжело! — воскликнула Мари, позволяя сомнениям и растерянности, накопившимся за три дня, выплеснуться наружу.

— Почему?

— Неужели не понятно? Возможно, на моем месте другие женщины прыгали бы от счастья. Но мне страшно выходить замуж лишь для того, чтобы спасти дом и семью. Я чувствую себя действительно прескверно.

— Когда я тебя целовал, ты ощущала себя гораздо лучше. Может, стоит думать только об этом?

Мари бросила на него негодующий взгляд.

— Как просто ты смотришь на мир! Моя младшая сестра и то больше понимает в жизни.

Фернан рассмеялся.

— Может, ты права, и кто-то здесь до сих пор ребенок. И я почти уверен, кто именно.

Но Мари не собиралась поддаваться его шутливому настрою.

— Наверное, для тебя я все еще ребенок. Но я не настолько глупа и наивна, чтобы не выяснить сначала, что меня ждет после свадьбы.