Шарлю Франсуа хотелось рассказать об этом жене, обсудить и посмеяться вместе, но времена, когда они делились друг с другом сокровенным, давно канули в небытие.

Он подошел к шкафу и остановился, неожиданно поняв, что по-прежнему безумно желает Николь. Хотя, конечно, секс в последнее время был тоже не таким, как раньше. Они все реже и реже занимались любовью, ссылаясь на усталость.

Да, Николь права, их брак изжил себя. В его семье вообще не было счастливых браков: отец был женат уже четвертый раз, а Мартин вполне довольствовался холостяцкой жизнью.

Надев брюки и доставая рубашку и галстук, Шарль Франсуа вдруг подумал, что это его первый день без жены. И куда только делась любовь — ведь были времена, когда Николь была от него без ума. Может быть, все сложилось бы по-другому, если бы она не потеряла ребенка. Его лицо омрачилось. Нет, ребенок здесь ни при чем, решил Шарль Франсуа. Николь не очень-то и хотела его. Дело было в чем-то другом.

— Ну что ж, — произнес он вслух, — все кончено и я чертовски этому рад.

— Я тоже, — отозвалась Николь, стоявшая в дверях.

— Не знал, что ты здесь. — Шарль Франсуа смутился и покраснел.

— Оно и заметно.

— Я не имел в виду…

— Разве? — От Николь веяло таким холодом, что у Шарля Франсуа все переворачивалось внутри.

— Тебе что-то нужно? — вежливо спросил он.

— Нет. Точнее, да. Я…

— Николь! — Шарль Франсуа приблизился к ней. — Николь, с тобой все в порядке?

— Да, все нормально, — кивнула она, — Извини, мне следовало постучать. Просто дверь была открыта.

— Не говори ерунды. Ты не должна…

— Нет, теперь должна. Я вижу, ты занят. Подожду, когда освободишься.