– Я вовсе не отталкиваю ее.

– Да, я тоже так думаю. У тебя слишком мягкое и нежное сердце, и ты никого не способна оскорбить преднамеренно. Просто постарайся в будущем последить за собой. Хорошо?

Саманта кивнула, проглотив рвущийся на язык ответ.

– Постараюсь, – обещала она.

– Лола не хочет, чтобы ты так часто ко мне приходила, – продолжал Джо.

– А чего хочешь ты? – спросила Саманта.

– Я хочу, чтобы моя невеста была счастлива. Сейчас ей нелегко. Я не хочу, чтобы она еще больше расстраивалась.

Ему самому сейчас тоже нелегко, но Джо с детства такой… заботливый. Сначала думает о своих близких и родных, а уж потом – о себе.

– Питер сказал, ты не хочешь звонить родителям.

– Зачем портить им второй медовый месяц?

– Твоя мама захочет приехать к тебе, быть с тобой.

– Не хочу, чтобы со мной носились, как с тухлым яйцом.

Саманта невольно улыбнулась.

– Странно, что ты до сих пор не возобновил тренировки… или не вернулся к работе!

– Мне тоже странно. Врач приказал отключить телефон, когда вчера ночью услышал, как я разговариваю с Эмиратами.

– Когда это было? – спросила Саманта, хотя ответ знала заранее.

– А ты как думаешь? Когда там открылся офис.

Значит, здесь было три часа ночи. Неудивительно, что доктор приказал отключить телефон. Саманта покачала головой.

– Тебе надо отдыхать. Как ты поправишься, если не наберешься сил?

– Что еще остается делать? – Джо хлопнул по одеялу, под которым лежали неподвижные ноги.

Саманта непроизвольно шагнула к нему… ближе… ближе… наконец оказалась совсем рядом. Она вложила свою руку в его большую ладонь. Сердце у нее разрывалось от жалости.

– Да, милый. Сейчас тебе ничего больше не остается, но ты обязательно выздоровеешь.

Его карие глаза потеплели, он сжал ее пальцы.