Красивое и надменное лицо Лолы покраснело от злости. Она не сводила взгляда с их сплетенных рук.

– У меня контракт! Ты знаешь, что я не могу весь день торчать у тебя в больнице, как эта маленькая прилипала!

– Она тоже работает. И все же находит для меня время.

Джо и не подумал возмутиться, когда его невеста назвала ее прилипалой. Саманта резко дернула руку и встала.

– Лола, я не прилипала. Я его друг и не знала, что мои визиты так тебя расстроят.

Лола не смягчилась.

– И ты думаешь, я тебе поверю? Я видела, как ты вела себя последнюю неделю. Питер почти не разговаривает со мной, зато тебе предложил поселиться у себя в номере!

– Так ты живешь в номере Пита? – изумленно переспросил Джо.

– Он снял в «Ритце» чуть ли не целый этаж. До приезда ваших родителей я заняла их спальню.

– Они не приедут.

– Пока ты им не позвонишь, – парировала Саманта, однако он не обратил на ее слова никакого внимания.

– Тебе неприлично жить в номере холостого мужчины!

– А спать в машине на улице прилично?

– Прошу, избавь нас от душераздирающих подробностей, – злобно прошипела Лола.

Саманте захотелось со всей силы врезать по ее красивому, умело накрашенному лицу, разбить ее полные красные губы, однако она никогда не была сторонницей насилия… по крайней мере до сих пор.

– Где я сплю – мое личное дело, – твердо заявила она.

Глаза Лолы метали молнии.

– Ты привыкла пользоваться щедростью семьи моего жениха и постоянно путаешься под ногами!

– Прекрати изображать сварливую ведьму и иди ко мне. Поцелуй меня! – потребовал Джо, поворачиваясь к Лоле.

Он даже не думал защищать ее! Значит, тоже считает, что она путается под ногами… Да, он ведь попросил ее приходить пореже. Но хотя бы упрекнул Лолу за грубость. Спасибо и на том!

Саманта поняла, что ей пора возвращаться в Кеймбридж. Учеба в аспирантуре стоит денег – вот почему она устроилась преподавателем. Ее уволят, если она будет так долго отсутствовать, и она не сможет оплатить учебу. А поскольку Джо не ее родственник, отпуск по семейным обстоятельствам взять нельзя. Когда вчера она звонила в Рэдклифф, декан недвусмысленно дал ей понять: если она не вернется к следующему понедельнику, он ее уволит.