– Да. – выдохнула она.
Она не могла найти слов, чтобы описать то, что почувствовала благодаря ему.
– Я люблю тебя, – выдохнула она и поцеловала его плечо.
Джанни произнес что-то громко по-итальянски, вырвался из ее объятий и спрыгнул с постели.
– Так ты – девственница, – раздраженно произнес он и, прищурившись, посмотрел на нее. – Какого черта ты мне об этом не сказала? – спросил он с едва сдерживаемым гневом. Он не мог поверить, что настолько потерял контроль над собой и, возможно, поддался на старый как мир трюк…
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
– Мне и в голову не пришло, – пробормотала Келли. Ее эйфория бесследно исчезла, когда она услышала ярость в его голосе. Над ней склонился не чуткий любовник, каким он был всего минуту назад, а взбешенный мужчина. Он смотрел на нее тяжелым взглядом, и от угрожающего выражения его лица она внутренне содрогнулась. Келли не понимала, что она сделала не так. У нее пересохло во рту. Она облизнула верхнюю губу и отвела взгляд.
– Тебе не пришло в голову! – фыркнул Джанни. Келли ничего не могла поделать с тем, что была девственницей и ей даже не пришло в голову сказать ему об этом.
– Очевидно, я допустила ошибку, – тихо сказала она унылым голосом, с трудом произнося слова дрожащими губами. Ей вдруг ужасно захотелось плакать.
– Вот я, безусловно, допустил, – процедил он сквозь стиснутые зубы, натягивая на себя одежду. – Девственница. – Нахмурив черные брови, он окинул взглядом ее изящное тело, распластанное на кровати. – Да прикройся ты, ради бога!
Электрический свет, который не мешал ей прежде, теперь, казалось, высвечивал ее обнаженное тело. Поспешно сев, она схватила простыню и натянула ее до подбородка.
– Очень сожалею.
Однако не перед ним она оправдывалась, ей было жалко себя – его реакция превратила то, что она считала прекрасным, в нечто низкое и постыдное.
Теперь Келли все поняла. Джанни хотел развлечься во время отпуска, а она, дурочка, приняла это за любовь, за что-то настоящее…