На мгновение в кабинете воцарилась тишина, все присутствующие вопросительно смотрели на начальника РОВД. Все, кроме самой возмутительницы спокойствия. Она ехидно усмехнулась и с вызовом оглядела подполковника с ног до головы:

– Прежде чем меня кто-то арестует, я все-таки успею разделаться с этой макакой! – Она выхватила из рук директора заповедника увесистую кожаную папку и занесла ее над ранней лысиной Игоря Ярославовича. Тот вздрогнул и прикрыл голову руками. Но удара не последовало. В последнее мгновение Барсуков успел схватить девушку за запястья, вырвать у нее из рук папку и отбросить ее в сторону. Девушка зашипела, как рассерженная кобра, попыталась вывернуться из милицейских объятий, а когда это не удалось, попробовала пнуть его по ноге. Подполковник вынужденно и неожиданно резко отклонился в сторону директора заповедника, тот, в свою очередь, подался назад, не удержался на ногах и упал на колени Раисе Федоровне лицом в декольте, прикрытое все тем же легким шелковым шарфиком.

Дама оглушительно взвизгнула, обозвала Кочеряна полуприличным словом, следом одновременно что-то выкрикнули Кубышкин и Надымов, но Денису было уже не до эмоций разгневанного начальства. Он был озабочен более серьезной проблемой: как вытолкать негодную девицу из кабинета. Отбивалась она отчаянно и, нужно признать, умело и так вывернула ему палец, что пришлось применить особый захват со спины, плотно прижать ее руки к телу и, слегка подпихивая коленом сзади, вывести вздорную нарушительницу из кабинета.

За дверями их встретила Верунчик и недружелюбно посмотрела на подполковника:

– Куда вы ее повели, Денис Максимович?

В этот момент девица сделала новую и почти удачную попытку освободиться от нежелательного захвата. Она внезапно присела и почти выскользнула из рук подполковника. В последнее мгновение Барсуков успел схватить ее за брючный ремень, но девица весьма ловко ударила его локтем в живот и, если бы Денис вовремя не среагировал и не напряг брюшные мышцы, вполне смогла бы отправить его в нокдаун.