– Я просто ушам своим не верю. Вы предлагаете мне расстаться с независимостью, с прошлой жизнью, с работой только для того, чтобы облегчить вашу жизнь!
– Я сомневаюсь, что даже настоящее замужество способно ограничить вашу независимость, – сухо заметил Робер. – Вы сможете по-прежнему делать все, что вам заблагорассудится. Единственное, чем вы пожертвуете, это жалкое жилье и не менее жалкая работа. В качестве моей жены вы сможете ни в чем себе не отказывать. Все ваши счета будут оплачиваться, и вам будет назначено ежемесячное содержание.
– Для такого рода женщин есть много имен. И содержанка – самое приличное из них, – сардонически усмехнулась Шарлиз.
– Есть два принципиальных отличия. Во-первых, вы официально становитесь моей женой. Во-вторых, в отличие от содержанки, вы ничем не будете расплачиваться, иными словами, никакого секса.
– Это и так ясно. Об этом я даже и не думала.
Наглая ложь. Думала, да еще как думала! А какая женщина способна удержаться от таких мыслей при виде этого великолепного мускулистого тела?
– Зря. Думаю, я не разочаровал бы вас… – его взгляд становился все более чувственным, скользя по всей ее точеной фигурке.
– Думаю, у вас не будет случая это доказать, – резко оборвала его Шарлиз. Еще чего не хватало! Такого шанса она ему не даст.
– Глупенькая маленькая Шарлиз, – бархатный голос проникал в самую душу. – Разве вы не знаете, как опасно отвергать мужчину? Это заставляет его доказывать свою мужскую состоятельность всеми средствами.
В ту же секунду глаза Робера стали глазами голодного тигра. А еще через мгновение он заговорил совершенно обычным голосом:
– Шучу, конечно. Это только осложнит наши отношения. Поэтому я обещаю соблюдать правила нашего соглашения.
– Но мы его еще не заключили!
Опять он пытается сломить ее неожиданным натиском. Но такое предложение гораздо серьезнее путешествия за океан.
– Меня вполне устраивала моя жизнь, пока в ней не появились вы. Вы же ничего обо мне не знаете. Да, работа жалкая, но ведь это только начало! Я должна была постичь самые азы швейного производства.