— Ох, Конрад, как я рада! Мы так давно не виделись!

— Слишком давно, — сказал он резко. — Какого черта тебе вдруг понадобилось выйти за Фарнхэма? Я поверить не мог, когда прочел твое письмо. Знаю, что ты не была уверена в своих чувствах ко мне, и я тебя в этом не виню. Но выйти замуж за человека, который… — Он развел руки, выражая недоумение. — Ты настолько влюбилась в него, что забыла про отца?

— Нет!

Услышав категоричное отрицание, Конрад пристально посмотрел на нее, и то, что он увидел, рассеяло его гнев.

— Что за этим, Джулия? Я хочу знать правду.

Они сели рядом на диванчике, и постепенно она рассказала ему историю о том, как Найджел настойчиво добивался встречи с ней, и о мысли, которая пришла ей в голову.

Уинстер изумленно слушал ее. Он сам был человеком довольно жестким, и ее решимость восхитила его. В то же время он винил себя за то, что поощрял ее предубеждение против Фарнхэма, не предвидя, что оно может привести к такому отчаянному шагу.

Гладя на нее, он понял, что его желание обладать ею только окрепло. За те месяцы, что он отсутствовал, она похудела, ее скулы стали заметнее, а глаза — еще больше. Это придавало ей хрупкость, которую он находил чрезвычайно привлекательной. Он проклинал стечение обстоятельств, благодаря которому оказался за границей в поворотный момент ее жизни. Но хотя его мечты о скором союзе с ней потерпели крушение, он не терял уверенности, что в конце концов сделает ее своей женой.

— Ты, наверное, очень на меня сердишься? — спросила она наконец.

— Только потому, что ты поступила так глупо. Может, ты и причинила боль Фарнхэму, но себе ты тоже сделала больно. Не будешь же ты притворяться, что тебе нравится положение, в котором ты оказалась?

— Мне оно ненавистно! Но я не вижу другого выхода. Мне не важно, что я несчастна, если он тоже страдает!