— Могу себе представить, — сочувственно произнес он.

— Извините, доктор Бэннинг, но думаю, не можете. Полагаю, ни один человек, не переживший подобного, не может себе этого представить. Что-то оборвалось во мне, и я бросилась за Лорой и Россом. Но не смогла найти их. Потом я увидела мужчину в вестибюле. Мне показалось, что он странно смотрит на меня, и я запаниковала.

— В театре должен был находиться дежурный охранник. Почему вы не поговорили с ним?

— Что смог бы сделать охранник, если даже полиция оказалась бессильной?

— Очень многое. Но оставим это. Как вы поступили?

— Я решила исчезнуть.

— Вы очень находчивы, если смогли пробраться за кулисы и загримироваться.

— Я была в отчаянии.

— Как вы избавились от своих вещей?

— Содержимое сумочки я выбросила в унитаз, а одежду и кошелек спрятала в корзине с балетными тапочками. У меня было сорок пять долларов. Их я взяла с собой. Затем бросилась к пожарному выходу и помчалась по аллее. В ее конце стоял тот самый человек, словно поджидая меня, тогда я завизжала и кинулась искать такси. Если бы я не упала и не расшибла голову, то переночевала бы в приюте Армии спасения и сейчас бы уже ехала куда-нибудь…

Он поджал губы.

— Может, да. Может, нет. Тем не менее, полиция, скорее всего, уже нашла ваши вещи, хотя в газете об этом ничего нет. Естественно, ваше исчезновение связали с первой проблемой. Тайна в тайне.

Кит замерла.

— Я рассказала вам правду. Все, чего я хочу, — это затеряться и начать где-нибудь новую жизнь. — Она сглотнула комок, стоявший в горле. — Если бы вы купили мне парик! Мне больше ничего не нужно, чтобы остаться неузнанной. Я расплачусь с вами, клянусь.

— Какие у вас планы?

Кит выпрямилась, расправила плечи.

— Оказаться как можно дальше отсюда.

— Я имею в виду, что вы собираетесь делать?

— Я куплю билет на автобус в Неваду и уеду так далеко, на сколько хватит денег. Потом устроюсь, к примеру, уборщицей в мотеле. Для такой работы вряд ли нужны рекомендации.