Шарлотта надеялась, что ей уже не доведется упиваться ароматами родного края.

— Моя дорогая, это ваша первая поездка в Сюррей?

Девушка посмотрела на свою новую хозяйку и на мгновение — на короткое мгновение — позавидовала ей. Без лишних слов было ясно, что у вдовствующей леди Раскин и сейчас нет отбоя от ухажеров. Изысканная шляпка венчала тщательно причесанную белокурую голову виконтессы, взлеты и падения грудного, с легкой аристократичной хрипотцой, голоса просто завораживали, а ее фигура сделала бы честь многим женщинам помоложе. К тому же открытый взгляд огромных голубых глаз, дружелюбие и общительность делали Адорну самой желанной гостьей и приятной собеседницей в округе. Шарлотте не верилось, что эта красавица — бабушка двух внуков, которым уже нужна гувернантка.

Девушка всегда безропотно принимала уготованные судьбой перипетии, противиться им считала пустой тратой времени и сил, но и сейчас не уставала дивиться, какие небесные силы привели Адорну в только что созданную школу с предложением о работе, предназначенной, ну, как нарочно, именно для нее.

— Мое детство прошло в этих краях, — недрогнувшим голосом отвечала она.

— Так я не ошиблась, и вы действительно родственница Далрамплов из Поттербридж-холла?

Шарлотта знала — расспросов не избежать. Досадная правда жгла язык:

— Граф Поттербриджский — мой дядя.

— Я знала, что вы та самая леди Шарлотта Далрампл, — кивнула виконтесса и, взяв руку девушки, сжала ее в своей. — Ваш отец, упокой Господи его душу, был графом. Муж знал его и считал выдающимся человеком.

Упоминание об отце, теплые слова в его адрес отозвались в душе Шарлотты болью, которую девушка постаралась скрыть.

— Приятно вернуться в родные края по прошествии стольких лет.

Если быть точной, со дня памятного семнадцатилетия Шарлотты и роковых событий, сопутствовавших ему, прошло девять лет.

— Да, здесь славно, и до Лондона рукой подать, — продолжала Адорна. — Мы с Раскином приобрели поместье вскоре после рождения сына, чтобы мальчик рос на свежем воздухе. Остинпарк — приятное, тихое место.