— А именно?
— Что этот негодяй оставил мне своих девчонок! Он, видно, спятил! Не в моем возрасте начинать возиться с детьми!
— Может, у него не было другого выхода, — предположил Чад.
— Вот это похоже на правду. — Рыжая задумалась. — Других родственников не осталось. Была еще одна сестра, моя двойняшка, но ее давным-давно нет в живых.
— А как насчет материнской стороны?
— Насколько я помню, их мать была единственным ребенком в семье. — Рыжая вернулась к чтению. — Хм.., так.., так.., похоже, мне придется снова просить тебя об услуге.
— Что?! — На лице молодого ковбоя отразился откровенный ужас. — Я никогда не занимался детьми! Я еще даже не женат!
— Успокойся! — Рыжая невольно рассмеялась. — Я не прошу тебя удочерять девчонок Мортимера. Нужно только съездить за ними в Галвестон. Судя по всему, они выехали в тот день, когда было отправлено письмо, и, если вспомнить, как медлительна почта, должны уже быть на месте. Я бы отправилась сама, но вот нога…
— В самом деле, с больной ногой негоже пускаться в дальний путь. Туда и обратно — неделя.
— Хорошо еще, что часть пути можно проехать по железной дороге, а часть — в дилижансе, не то все время пришлось бы ехать верхом. Значит, договорились? — Рыжая встрепенулась. — Боже мой, я совсем забыла! Ты же в бегах! Придется просить кого-то из ребят.
— Это ни к чему. Теперь уже не важно, если на меня наткнется какая-нибудь из ищеек отца. Может, даже и к лучшему. Я выеду с утра.
Глава 4
Предполагалось, что Аманда и Мэриан будут дожидаться тетю Кэтлин в Галвестоне (именно туда направлялась милая пожилая пара, которую Альберт Бриджес уговорил составить сестрам компанию). Однако Аманда, как обычно, настояла па своем.
От нее не было покоя всю дорогу. Да что там дорога — еще до отъезда она изводила всех жалобами на «ужасные перемены в судьбе», спешные сборы и грядущие испытания. Собираться в самом деле пришлось в спешке. Пароход отправлялся уже на другой день после похорон, а другого не ожидалось несколько месяцев, поэтому Альберт счел за лучшее взять билеты. Все время плавания Аманда брюзжала не переставая. Перспектива сойти на твердую землю немного подняла ей настроение, но толчея в порту раздосадовала больше прежнего.