– Наверно, на ботинки… они мне нравятся, – растягивая слова, ответил он.

Низкий бархатный голос вызвал дрожь в теле Офелии. Она встретилась с его взглядом, и во рту у нее мгновенно пересохло, сердце заколотилось в груди, как птичка, попавшая в клетку.

Адвокат с растущим замешательством смотрел на них обоих. Офелию возмутили слова Лисандера, она не знала, как себя вести. Лицо горело.

– Давайте начнем, – поторопил Лисандер.

Офелия надеялась, что завещание Глэдис нанесет значительный урон его безграничной самоуверенности. Как он посмел насмехаться над ней? Бесстыдный бабник с дурной репутацией. Почему она позволяет ему злить себя? С каких это пор ее стало волновать, как она выглядит? Офелия вспомнила, насколько трепетно ее мать относилась к своей внешности. На это часто тратились деньги, предназначенные на питание и оплату счетов. Сама Офелия предпочитала практичную одежду.

– В завещании есть некоторые пункты, которые стоит пояснить заранее, – объявил Мортон. – Завещание было составлено четыре месяца назад, когда миссис Стюарт поняла, что ее болезнь вступила в последнюю стадию. Чтобы у суда не возникло повода усомниться, она прошла медицинское и психиатрическое обследование, которое подтвердило, что миссис Стюарт находилась в здравом уме и твердой памяти.

Напряжение Офелии возросло, она поняла, что завещание необычное. Оставалось только надеяться, что от нее не потребуют извиниться перед Метаксисом за свою семью.

– «Я оставляю «Мадригал-Корт» и все его содержимое в равных долях своей внучке, Офелии Картер, и Лисандеру Метаксису при условии, что они поженятся…»

– Поженятся? – перебил адвоката Лисандер.

– Но это чудовищно! Он – Метаксис! – Офелия схватилась за подлокотники кресла, широко раскрыв глаза.

– Боюсь, что условия завещания несколько необычны и вызывающи. Мы пытались разубедить миссис Стюарт, но она стояла на своем. Если свадьба состоится, то необходимо выполнить ряд условий, чтобы получить наследство. Брак должен длиться не менее года, и вы оба должны жить вместе.