Десять лет спустя Грант, глядя вниз на огни Харькова, проплывающие в двадцати тысячах футов под их самолетом, безрадостно улыбнулся своему отражению в плексигласе иллюминатора.

Да, розы... С самого первого момента они словно сопровождали Гранта. Розы, розы — на всем его пути.

3. Обучение

— Итак, вам хочется жить и работать в Советском Союзе, мистер Грант?

Через полчаса полковнику МГБ изрядно надоела беседа с полуграмотным английским солдатом. По его мнению, он сумел получить от этого не слишком приятного англичанина всю информацию, какую тот знал. Теперь несколько вежливых фраз, чтобы отблагодарить его за весьма интересные документы, найденные в фельдъегерской сумке, и можно отправить этого солдата обратно в камеру, откуда его доставят в Воркуту или другой трудовой лагерь.

— Да, мне хотелось бы работать на вас.

— А что вы умеете делать, мистер Грант? У нас достаточно неквалифицированной рабочей силы. Нам не нужны шоферы, а если речь идет о боксе, — полковник улыбнулся, — в Советском Союзе много отличных боксеров, включая олимпийских чемпионов.

— Я хочу убивать.

Полковник заметил, как в бледно-голубых глазах под белесыми ресницами на мгновение мелькнул какой-то красный огонек. «Да, — подумал он, — этот парень, пожалуй, не обманывает. Он не только неприятный, но и сумасшедший». Полковник взглянул на Гранта холодным оценивающим взглядом. Стоит ли переводить на него пищу в трудовом лагере? Может быть, приказать расстрелять его? Или вернуть обратно в британский сектор, и пусть англичане сами разбираются.

— Я вижу, что вы не верите мне, — торопливо заговорил Грант. «Наверно, — подумал он, — это не тот офицер, не тот департамент, который мне требуется». — Кто занимается у вас мокрыми делами? Дайте мне поговорить с ними. Я убью, кого они прикажут. Немедленно.



16 из 205