Троица находилась еще там – судя по разгоревшимся и приникшим к экранам лицам, счет наконец был открыт. И точно – едва я вошел, народ сорвался с места и с криками: «Йес! Йес! Уау!» – начал прыгать и обниматься.

Когда меня заметили, я взмолился:

– Люди, выручайте! Только вы можете мне помочь. Иначе крышка.

– Вам нужна крыша, да? И фальшивые документы? – восторженно залепетала Булочка.

– Дуся, прекрати, – одернула подругу Косточка. – Неужели ты поверила Сашке? Никакой он не зэк.

– Да? Она нас разыграла? А я и вправду купилась… Вот всегда ты такая, Полюся! – надулась Булочка. – Не могла раньше сказать! Сделали из меня дуру.

Самым большим дураком был, конечно, я, поэтому я сочувственно улыбнулся Булочке, товарищу по несчастью, и приступил к осуществлению своего плана. Для начала я изложил заинтригованной компании версию-прикрытие моих истинных намерений, которые были однозначны – месть, месть и еще раз месть! Но этого я сказать не мог, поэтому на ходу изобрел другое:

– Я хочу познакомить Сашу со своими родителями и поэтому решил пригласить ее на бабушкин юбилей. Но возник ряд проблем, и мне нужна ваша помощь.

Дусину обиду как рукой сняло, глаза снова засверкали.

– Как интересно! – воскликнула она. – Как романтично!

Но Полюся оказалась более осторожной.

– Профиль у тебя, конечно, греческий, но почему мы должны тебе верить? У вас уже до предков дошло, а ты для нас – полный сюрприз! А ведь у Сани от друзей не бывает тайн! А про тебя она ничего не рассказывала!

– Не успела. Мы знакомы ровно два часа пятнадцать минут, – объяснил я.

Это их проняло.

– Какая прелесть! – воскликнула Дуся. – Я о таком даже в книжках не читала.