
Снова ритмично зарокотали барабаны, еще неистовее, чем раньше. Толпа рванулась к пленнику, невольно увлекая за собой Дождевую Слезинку. Она оказалась так близко к белому солдату, что могла коснуться его рукой. Снова смолкли барабаны, вперед выступил Белый Орел, потрясая в воздухе жезлом. Головной убор для торжественных церемоний, сделанный из птичьих перьев, волочился по земле. Вождь готовился подать сигнал ожидающим воинам. Пританцовывая вокруг пленника, индейцы размахивали палками и копьями перед лицом Зака, желая продлить его душевные муки и насладиться смятением и страхом, а уж потом приступить к пыткам.
Дождевая Слезинка хотела отойти в сторону, убежать, вернуться в вигвам, но какое-то внутреннее чувство удерживало ее на месте.
– Разве тебя это не возбуждает? – удивилась Летняя Луна, бочком пробираясь к подруге. – Мы поспорили, как долго сможет продержаться пленник, когда наши горячие воины начнут пытки.
Чейены любили игры, особенно споры и пари. Дождевая Слезинка покачала головой, не в состоянии отвести взгляда от пленника. Светлые волосы, освещенные пламенем костра, казались ярко-розовыми, а глаза стали такими синими, что почти ослепляли ее. Если бы кто-то предсказал ей ранее, что она совершит через мгновение, Дождевая Слезинка не поверила бы. Она осознавала, что поступает глупо.
Безответственно.
Необдуманно.
Двигаясь безотчетно, словно сомнамбула, Дождевая Слезинка вышла из толпы и заслонила пленника собой. Резко умолкли барабаны, а отец посмотрел на нее так, будто она лишилась рассудка.
