- Перестань сейчас же, - приказал мужской голос.
Рефлекторным движением наполнив легкие воздухом и открыв рот для нового крика, девушка метнулась на другую сторону кровати. Возникший было вопль внезапно оборвался-чья-то широкая ладонь зажала ей рот. Подстегнутая ужасом, она собрала последние усилия, вцепившись в железные пальцы зубами, пытаясь кусаться и царапаться.
- Успокойся, Маргарет.
Голос-низкий, твердый и угрожающий-привел ее в чувство. Мэгги сразу осознала, где находится. Вспомнила, что этот человек вызволил ее из тьмы и кошмара, вымыл, успокоил и несколько раз давал воды, когда она просыпалась от жажды.
Девушка притихла. И с чувством легкого смущения отметила перемену в тоне, когда мужчина повторил:
- Успокойся, Маргарет. Ты в безопасности, тебе больше никто не причинит вреда.
Она покорно кивнула, рука, зажимавшая ей рот, расслабилась и соскользнула туда, где на шее бился пульс.
- Бедная малышка.
Это простое замечание вырвало ее из пугающего мира воспоминаний.
- Извините, - прошептала она. - Это только сон.
Дрлгое ли путешествие у него на руках лишило ее чувствительности, а может, полное безразличие к ее наготе под душем, но Мэгги совершенно утратила бдительность и поддалась простому желанию утешиться, прижалась к этому сильному мужчине. Как только руки его сомкнулись плотнее, ее нервное возбуждение ослабло и уступило место почти полному спокойствию. Она прижалась щекой к его обнаженной груди, и немного жесткие волоски, щекотавшие ей кожу, пробудили в ней приятные чувства.
Мужчина пошевелился, но лишь затем, чтобы включить небольшой светильник возле кровати. Свет, человеческое тепло и чувство надежности проникали сквозь все оборонительные заслоны и успокаивали ее точно так же, как голос, мягко шептавший ей в ухо.
- Ты в безопасности, - повторил он. - Тебе никто не причинит зла.
Маргарет вспомнила отца, когда-то державшего ее в объятиях и говорившего те же слова. Как он оказался далек от истины! И девушка понимала, что человек, так сладко обнимавший ее сейчас, не мог гарантировать выполнение своих обещаний, но в этот момент она позволила себе ему поверить. Усталость и согревающее душу чувство обретенной защиты и укрытия опять нагнали на нее дремоту.