– У задних ворот стоит торговец, который говорит, что у него для вас есть хорошие ткани, – сказал Майкл, останавливаясь перед девушкой.

– Ткани? – нахмурилась Грей, пытаясь вспомнить, когда и с какой целью заказывала их. – Ах да, полотно для скатертей.

Взмахом руки девушка указала на непокрытые столешницы:

– Тебе не кажется, что скатерти оживят холл? Угрюмо сжав губы в одну тонкую линию, юноша кивнул и повернулся на каблуках.

– Я пришлю к вам этого человека, – бросил он через плечо.

Уязвленная его безразличием, Грей поспешила следом и взяла молодого человека за руку:

– Майкл, разве ты не понимаешь, почему…

– Прекрасно понимаю, миледи, – ответил тот с каменным выражением лица.

Грей взволнованно переступила с ноги на ногу:

– Нет, думаю, ты не понимаешь. Ты не позволишь мне объяснить?

Майкл сбросил ее руку со своего локтя:

– Рыцарь, занимающий столь низкое положение, как я, недостоин объяснений.

Так вот в чем дело. Он подумал, что она отвергла его из-за недостаточно высокого положения.

– Ты ошибаешься, – начала Грей. – Я…

– Прошу извинить, но меня ждут дела, – прервал ее Майкл. Скованно поклонившись, он повернулся и ушел прочь.

С тяжелым сердцем смотрела Грей ему вслед. Вряд ли она была уверена в своей любви к молодому рыцарю, но он казался ей в точности тем братом, образ которого создала она в своем воображении и которого ей так хотелось иметь. Может быть, это чувство превратилось бы позднее в любовь, но теперь Грей не была в этом уверена.

– Его ты хотела бы получить в мужья, а?

Грей вскрикнула от неожиданности и обернулась, оказавшись лицом к лицу со своим отцом, Эдуардом Чарвиком.

– От-тец, – запинаясь произнесла она, смутившись, что он заметил, как она смотрела вслед молодому рыцарю.