— Добрый вечер, мисс Уоллис.

Услышав его голос, Эмма тотчас обернулась. Он находился довольно далеко от нее, поэтому она видела лишь темный силуэт. Но даже этот силуэт выглядел восхитительно. Когда же он немного приблизился к ней, сердце ее гулко забилось в груди.

— Спасибо, что пришли, мисс Уоллис. Нам нужно поговорить, не так ли?

Она кивнула:

— Да, конечно. — И установила психическую защиту. Если он вампир, то, возможно, попытается манипулировать ею мысленно. Она вышла на середину небольшой поляны, и ему оставалось лишь последовать за ней, чтобы угодить в ловушку. — А я уже начала думать, что вы не придете.

— Я человек слова, — заявил Ангус.

Но смертный ли? Именно в этом — главный вопрос. Если он вампир, то вряд ли понимает, что такое честность и честь.

Он двинулся к ней и уже подошел достаточно близко, чтобы она могла разглядеть его получше. На нем был килт из той же шотландки в синюю и зеленую клетку, что и накануне, и синий джемпер, или свитер, как называют его янки. Но кожаные ремни портупеи его грудь не пересекали. Значит, свой меч он не захватил. Она опустила взгляд на его ноги. Нож в ножнах был на прежнем месте, под гольфом правой ноги.

Тут Ангус остановился и, склонив голову к плечу, внимательно посмотрел на нее. Эмма затаила дыхание. Может, он что-то заподозрил? Еще два шага — и он окажется в ловушке. Впрочем, Эмма прекрасно знала: если он вампир, то в ловушке не задержится, а тут же телепортируется.

— У вас за поясом колья, — сказал он.

Она пожала плечом.

— Лучше подстраховаться, чем потом жалеть.

Ангус нахмурился.

— Со мной вы в безопасности, девушка. Я не причиню вам зла.

— У вас нож.

Он опустил взгляд.

— Просто привычка. Обычно я ношу с собой и палаш, но сегодня специально не взял его, чтобы показать, что у меня нет дурных намерений.

— Уж не хотите ли признаться, что вы мой враг?

— Нет-нет, и я... Я мог бы стать вам хорошим другом. Он казался вполне искренним. Что, если он и впрямь защищал королеву? Что, если действительно рисковал жизнью ради своей страны, не прося взамен ни признания, ни награды? Он мог быть героем. И возможно, мог бы стать... ее другом.