Получив счета, он пришел в изумление, что умудрился задолжать так много.

— Как же это меня угораздило? — вопросительно взглянул он на жену.

— Ни одна вещь сама по себе не так уж дорога, — ответила леди Рокбурн. — Просто их столько, что цена за все вместе превратилась в астрономическую сумму.

Ее голос звучал столь несчастно, что сэр Ричард обнял ее и привлек к себе.

— Я не хочу, чтобы ты беспокоилась, — утешал он ее. — Я оплачу все долги, хотя, видит Бог, пока не представляю, как это сделать.

— Может быть, нам.., продать что-нибудь? — нерешительно предложила леди Рокбурн.

— Если ты имеешь в виду картины или еще что-то из обстановки замка, я скажу — нет! — — заявил сэр Ричард не допускающим возражений тоном. — Мой отец тоже был стеснен в средствах, однако он сохранил все для меня, и я намерен сделать то же самое для Энтони.

— Но, любимый, у нас нет ничего, кроме замка и поместья.

— Я знаю, — потупился сэр Ричард. — Что-нибудь придумаю. Не тревожься.

Леди Рокбурн тем не менее тревожилась, но не смела вмешиваться в дела мужа, ибо он этого не любил, и когда сэр Ричард сказал, что уезжает в Лондон, не стала возражать.

В конюшнях появились пустые стойла; к тому же сэр Ричард занял деньги у соседа, своего близкого друга.

Только перед отъездом он сказал жене:

— Молись за меня, любимая, чтобы я вернулся с гордо поднятой головой и нам не пришлось бы всякий раз вздрагивать от страха, услышав стук в дверь.

— О Ричард, что ты задумал? — испугалась леди Рокбурн.

— Разбогатеть, мое сокровище. Когда я верну тебе твое состояние, ты непременно купишь себе самое красивое платье в Англии!

— А если ты потерпишь фиаско? — прошептала леди Рокбурн.

— Я никогда не терпел фиаско, — хвастливо ответил сэр Ричард. — Мне везло всю жизнь, но самым удачным был день, когда ты сказала, что выйдешь за меня замуж. Я люблю тебя, мое сокровище, и скорее умру, чем лишу тебя жизненных благ, к которым ты привыкла.