Брэд Сомерс вышел, обогнул машину и открыл дверцу для Лори.

Двухэтажное, покрытое штукатуркой здание всегда внушало ей уютное чувство возвращения домой, и теперь, выйдя из машины и взглянув на него, она мгновенно ощутила, как восстанавливается нарушенное было душевное равновесие. Дом, обращенный фасадом к изумительной голубой глади широко раскинувшегося океана, отделяли от берега только узкая дорога, изумрудно-зеленые лужайки и пальмы на эспланаде. В свете вечернего солнца стены сами казались сверкающей поверхностью волн.

Брэд запрокинул голову и посмотрел на маленькие балкончики, дерзко выступающие вперед на верхнем этаже.

— Вы живете наверху? Девушка кивнула.

— А теперь мне нужно идти, мистер Сомерс. Я должна еще успеть приготовить ужин… Мы вечером собираемся уходить.

— Понимаю!

Восклицание было внезапным, голубые глаза скрылись за ресницами, выражение лица изменилось до неузнаваемости. И хотя не было никаких причин для этого, Лори вдруг почувствовала себя сконфуженной, как будто она только что призналась в каком-то дурном поступке.

— Из этого явствует, что вы за короткое время после своего возвращения успели обзавестись новыми друзьями, — заметил Брэд. — И что же это за счастливчик, если мне позволено будет спросить? Он тоже учитель?

Лори растерянно посмотрела на него и вопреки собственной воле принялась объяснять:

— Я иду в кино с Мэри и Стеллой, которые тоже живут здесь. Но разумеется, у меня много старых друзей… Это ведь мой родной город. И в Брисбене у меня тоже есть друзья, — добавила она, почему-то почувствовав необходимость отстоять свое право на широкий круг общения.

— Без всякого сомнения, они у вас есть.

Эти слова прозвучали почти ласково, но Лори испытала огромное облегчение, когда Брэд отвернулся, открыл и любезно придержал для нее калитку.