Кроме того, он обнаружил, что у Шеннон был явный музыкальный дар. Она прекрасно играла на виолончели и настаивала на том, чтобы посещать музыкальные фестивали и концерты симфонической музыки в Нью-Йорке. Джемисон был так же равнодушен к музыке, как и к Богу, поэтому на концерты Шеннон ходила одна. Ему же оставалось посещать вечеринки и ночные клубы. Трещина в их отношениях быстро увеличивалась.

Однажды, на какой-то полуделовой вечеринке, когда Шеннон была на концерте, слушая Баха, Джемисон повстречал Тарнию Лоуренс. Он разговаривал с президентом одного крупного банка, изрядно наскучившим ему своей болтовней, когда на пороге появилась высокая брюнетка. Пока она стояла в дверях, поджидая хозяина дома, Джемисон разглядывал ее с растущим интересом.

На ней было безупречное простое вечернее платье, стоившее кучу денег, и она была самой красивой женщиной, которую Джемисон когда-либо видел. Кровь быстрее побежала у него по жилам. Президент продолжал говорить:

- Экономическая ситуация, похоже, все более ухудшается...

- Да, - перебил его Джемисон. "Бог ты мой! - подумал он. - Вот это женщина!"

- Вы знаете, кто эта женщина? Удивленный, президент повернулся:

- Конечно, это мисс Тарния Лоуренс. Она клиентка нашего банка.

- Неужели? - Джемисон по-прежнему смотрел на женщину, которую хозяин дома вел к группе гостей. - Кто она? И чем занимается?

- Мисс Лоуренс одна из наиболее преуспевающих модельеров женской одежды. Дела у нее идут очень хорошо. Я давно советую ей привлечь капитал, но она пока сомневается. Если она решится, Джемисон, советую вам купить пакет акций.

- Такое стоящее дело? - Джемисон любовался длинной, изящной спиной и совершенной прической.

- Да, стоящее, у нее три магазинчика и маленькая фабрика. Но цены... Президент закатил глаза. - Моя жена скоро вконец меня разорит.