Миранде показалось, что тяжесть его массивного тела выдавила воздух из ее легких. Она пыталась вздохнуть и не могла, попыталась пошевелиться, ей и этого не удалось сделать. Под ней было неподатливое дерево, сверху столь же неумолимая тяжесть. Итак, она сейчас примет смерть.

Миранда попыталась напомнить себе, что тело это только мускулы и кости, что явление смерти можно объяснить научно, поэтому бояться совершенно нечего. Но это не помогло. Она сейчас должна умереть — она пригвождена пиратом к полу, — а она этого совершенно не хочет.

Затем неожиданно тяжесть шевельнулась, и Миранда судорожно вздохнула и усиленно заморгала, чтобы скрыть слезы облегчения. В конце концов, она, кажется, не будет раздавлена и еще поживет. Но пират…

Девушка сдула с лица растрепавшиеся пряди черных волос и посмотрела на него. А он разглядывал ее в ответ. Солнце отражалось от золотой серьги в его левом ухе. Пока он наблюдал за ней, раздражение на его лице сменялось другим, куда менее приятным для нее чувством. Его, оказывается, все это забавляет! Как он смеет насмехаться над ней! Если он хочет убить ее, то, разумеется, она ничего не сможет сделать, но она не будет терпеть, когда над ней издеваются!

Гнев охватил девушку. У Миранды был ровный, спокойный характер: ее дедушка даже говорил, будто она не замечает того, что происходит вокруг нее. Правда, он добавлял при этом, что если все-таки долго сдерживаемый темперамент прорывается наружу, то он мстит за то, что так долго был подавлен. Сейчас был как раз такой случай.

— Убирайся, чудовище.

— Никогда не понимал по-испански, — ответил Джек не шелохнувшись. На самом деле, конечно, он уловил слово «чудовище». Да, действительно, оно присутствовало в ее яркой речи, на сей раз она говорила на языке, с которым у него не было трудностей.

— Так-то лучше. Маленькая испанская герцогиня владеет языком короля. Отлично, — Джек не смог сдержать улыбки.