Она все понимала. Понимала, что тело просто состоит из мускулов, костей и крови. Что кровь изменяет свой цвет, обогатившись воздухом в легких. Она читала Галлея и его «Таблицы» и понимала, что порог смерти связан с возрастом. Дедушке было уже 83, когда он умер от воспаления легких. «Все и всегда можно объяснить с научной точки зрения», — часто повторял он. За долгие годы, проведенные около дедушки (Миранда всегда следовала за ним по пятам) в его лаборатории в Лондоне, она привыкла воспринимать его слова как истину, лежащую в основе мироздания. Но теперь ничто не могло развеять ее печаль.

Миранда вздохнула и попыталась отвлечься от запаха трюмной воды и дегтя, который просачивался в каюту откуда-то снизу. Под неровным мерцающим светом фонаря она переводила дону Луису труды Ньютона с латинского на испанский. Истинный гений в математике, дон Луис из всех языков мира знал только родной. Заглянув в текст, Миранда спросила:

— Как вы полагаете, мысль Ньютона о…

В этот момент неожиданно раздался взрыв. Темные глаза Миранды широко распахнулись, а вопрос замер на устах. Каюта и все, что в ней было, каким-то образом накренилось. Миранда успела только поймать бесценный том, когда он стал съезжать со стола на пол.

— Что это было?

Дон Луис вместо ответа бросился к двери и открыл ее. Проход был забит матросами, которые спешили к люку. Шум и суматоха ворвались и в каюту. Дон Луис тут же захлопнул дверь и навалился на нее. Он тяжело дышал.

— Что там такое, дон Луис? С вами все в порядке? — Миранда все еще прижимала к груди «Начала» Ньютона. Тут раздался еще один взрыв, и она упала на скамейку.

— На нас напали, — испанец достал надушенный платок и вытер со лба пот.