Шагнув в комнату, я словно оказалась в капитанской каюте, которую содержали в безукоризненном порядке. Потом мое внимание сосредоточилось на круге света и тепла от лампы и камина. Там в огромном кресле сидел сморщенный, высохший старик. Из одеял, как из гнезда, торчала только голова старика.

Как же меня потрясло это зрелище! Даже в самом страшном сне герой моих обожаемых рассказов о море не мог привидеться мне вот таким.

— Мисс Хит, — объявила миссис Маклин и посторонилась, пропуская меня. Она не прошла в комнату следом за мной, а захлопнула дверь и немедленно удалилась. Я остановилась в нерешительности. И вновь обратила внимание на экзотический аромат. Я никак не могла определить этот запах, хотя была уверена, что он мне знаком.

Сморщенный, как изюмина, человек поманил меня из своего гнезда.

— Иди сюда! — приказал он. — Иди сюда и дай посмотреть на тебя как следует!

Голос его поразил меня так же сильно, как и внешность: раскатистый бас гремел, как барабан. Этот голос сразу напоминал о том, что некогда его обладатель хозяйничал на капитанском мостике. Когда я неуверенно шагнула к креслу, тощая рука капитана с неожиданной силой схватила мое запястье.

— Нагнись и дай мне посмотреть на тебя, девочка, — велел он.

Мне очень захотелось оказаться где угодно, только не здесь. Как я жалела, что ослушалась отца! Но мне ничего не оставалось, кроме как опуститься на колени на коврик у камина, где близкий огонь обжигал щеку. Я позволила свету от камина и лампы упасть на мое лицо. Из-под кустистых белых бровей старика на меня уставились ярко-синие глаза, а сильная жесткая рука бесцеремонно схватила меня за подбородок и стала изучающе поворачивать мою голову то в одну, то в другую сторону.