Если я капризничала, требуя, чтобы все было по-моему, он прощал мне и это. Даже капитан Обадия — пусть теперь от него осталась лишь тень могучего человека, каким он некогда был, пусть он способен резко схватить меня за руку, пытаясь принудить поступить, как ему нужно, — даже он питает ко мне какие-то теплые чувства. Но ни Броку Маклину, ни этому его черному псу сроду неведомо, что такое любовь. Разве что друг к другу. Поразительно, как это капитан решил, что сможет заставить меня вступить в брак с подобным человеком.

Не позже чем через четверть часа ко мне в дверь постучала Лиен. Если ее и удивило, что я закрываюсь на задвижку, китаянка не подала виду.

— Пойдемте со мной, пожалуйста, — позвала она.

Я последовала за экзотической маленькой фигуркой. Китаянка молчала всю дорогу. Я не могла решить, что означает ее молчание: неодобрение или робость чужеземки.

На этот раз войти в теплую, светлую комнату, где пахло сандалом, оказалось приятно. Капитан покинул свое гнездо из одеял и стоял у открытого окна, вглядываясь в темноту, а в окно лился холодный соленый воздух. Я еще не видела старика на ногах и поразилась, каким рослым он оказался. Лицо и руки давно сморщились и усохли, но мощные, широкие кости придавали ему вид крепкий и на первый взгляд здоровый.

Лиен немедленно подбежала к мужу и попыталась оттащить его от окна и усадить в кресло. Но капитан не сдавался, хотя от слабости ему пришлось ухватиться за подоконник.

— Эта чертова псина гавкает так, что надсадит скоро свою глупую глотку, — заметил Обадия. — Не иначе, кто-то рыщет в саду позади дома.

Лиен подошла к окну, посмотрела и сказала, что никого не видит. Капитан фыркнул.

— Забудь свою гордыню и разживись очками, может, тогда будешь видеть чуть дальше собственного носа. Выгляни, Миранда, девочка моя, и скажи, что ты видишь.

Я откинула занавеску себе за спину, чтобы свет из комнаты не мешал смотреть в темноту, и выглянула в сад. Из окон первого этажа нового дома на безлистые кусты и голые клумбы падал неяркий свет. Приглядевшись, я заметила какое-то движение на тропинке. В полосу света вышел человек, запрокинул голову и посмотрел на окна капитана. На миг моим глазам предстала бородатая физиономия и блеснула лысина. Собака неистово залаяла, и человеческая фигура пропала, прежде чем я смогла присмотреться к ней как следует.