— Солнце, да? — произнесла я, когда он встал рядом со мной. Кистен пропустил это мимо ушей, что показало мне, насколько он нервничает.

— Шерпа здесь нет?

Я покачала головой, наблюдая, как Одрик кормит уток, пока его будущее лежит на чаше весов и должно решиться в ближайшие несколько минут.

— Он очень похож на тебя, — заметила я. Брови Кистена разгладились, сделав его очень красивым.

— У него глаза Фелпсов.

— И волосы его папы, — добавила я. Задрожав, Кистен запустил руку в свои крашеные волосы.

— И ум его матери. Боже. Я ненавижу, когда так происходит. Трудно сохранить от них красивых детей. Он имел в виду мастеров вампиров, а не Шона.

Мое лицо похолодело, когда я, наконец, поняла, что происходит. Именно в этом причина интереса Шона. Не для себя, а для своего мастера. Одрик будет подарком. Гребанным даром.

— Ему шесть лет! — прошипела я, сжимая руки вокруг своей талии. Кистен кивнул.

— Именно поэтому он завел интрижку с Крисси. Хотел предложить своему мастеру симпатичного ребенка, кроме своего собственного.

В бешенстве, я сделала несколько шагов, растерянная и беспомощная. Этого не должно случиться. Этого не будет!

— Симпатичный ребенок? — воскликнула я, затем понизила голос. Одрик и так достаточно напуган.

Взгляд Кистена остановился. Я могла видеть старый страх, может быть, стыд, — глубоко в его мыслях.

— Мастер вампиров не тронет ребенка, — сказал он, — но им действительно нравится находить детей очень рано, чтобы руководить их воспитанием. Проверять, что они посещают нужные предметы, заводят правильных друзей.

Кистен бросил уткам кусок жареного хлеба, шлепнувшийся в воду с коротким всплеском. Попросту делают их бессильными, взамен давая атрибуты значимости, подумала я.

Это было про Кистена. Первый реальный проблеск его прошлого испугал меня до смерти.