Джеки вдруг начал стонать, меня это так завело, что как будто даже туман перед глазами появился, я уже вообще ничего не видел и не слышал, даже Шварца не видел, хоть он от меня в полуметре был, только на спину Джекину смотрел, на патлы его светлые. Я ему руку под живот подсунул, приподнял чуть-чуть и начал трахать, я как с ума сошел, мне хотелось ему так впендюрить, чтобы до горла достало, отпялить до потери пульса, блядь, меня бабы так не заводили, как Джеки, я думал, я его разорву. Он вскрикивал каждый раз, когда я ему засаживал, даже не вскрикивал, а мяукал будто, как котенок, а я в него врубался, как шахтер, бля, в забой, в эту узкую дырку, с такой силой, что мы чуть с кровати не полетели, он потом в Шварца головой уперся, только поэтому и не свалились, я еще херню какую-то нес, вроде: «На тебе, сука, блядь, получи, нравится, скажи, что нравится?», но он, конечно, ничего ответить не мог.

Я его выебал по высшему классу, как Тарзан гребаный свою Джейн, думал, долго будет, я ж в резинке, да еще пьяный был, я от этого всегда долго кончаю, но на меня как-то быстро накатило, наверное, потому что он такой тесный был и горячий, он разработался немножко, ну, растянулся, пока я его жарил, но все равно был тесный. В общем, я даже закричал, когда спустил, у меня в голове взрыв какой-то случился, я думал, из меня прямо мозги через хуй выстрелили, и упал на Джеки, будто из меня все кости разом вытащили. Еле-еле сполз с него, обалдевший полностью, у меня аж руки-ноги тряслись. Джеки лежал, как я его оставил, у него плечи вздрагивали, может, он плакал, не знаю, ничего слышно не было. Дырка у него была вся влажная и раскрыта, она же сразу не сжимается, я это тоже в порнушке видел, это так выглядело… ну, развратно, что ли, не знаю, я ему снова хотел засадить, не прямо сейчас, конечно, у меня раньше чем через полчаса не встанет, после выпивки-то.