- Вы установили за мной слежку? - повторила она, чувствуя, как ее передернуло от отвращения. - Вам не приходило в голову просто постучать в дверь и спросить меня обо всем, что вас интересовало?

- Я не хотел встречаться с вами, не проверив все досконально. Слишком часто я ошибался, заходил в тупик и испытывал разочарование за разочарованием. Если бы оказалось, что этот ребенок - не моя дочь, вы никогда бы даже не узнали, что я вами интересовался.

Зои словно окатили ледяной водой.

- Не могу поверить, что вы за мной следили без моего ведома. Это почти... - она пыталась подобрать нужное слово, - извращение. За сколькими людьми вы шпионили без их ведома, копаясь в подробностях их жизни?

Джеймс в два шага оказался рядом с ней и, твердо взяв ее за плечи, заставил посмотреть себе в лицо.

- Зои, прекратите! Я знаю, что вы потрясены и у вас есть полное право злиться. Но я не собираюсь извиняться за то, что использовал все существующие средства, даже грязные, чтобы найти свою дочь. Речь должна идти только о ней, а не о моих или ваших чувствах.

К своему ужасу, Зои почувствовала, как по щекам безжалостно покатились слезы. Она еле слышно чертыхнулась, а его объятия становились все крепче, пока, наконец, она не прижалась к его твердой груди. Джеймс гладил ее по волосам, утешая.

- Не надо, пожалуйста. Его руки скользнули вниз по ее шее и задержались на вздрагивавших плечах, а губы естественно коснулись волос.

Зои не сопротивлялась, ей хотелось почувствовать себя в его объятиях с того самого момента, когда она открыла ему дверь.

Джеймс провел губами по ее лбу. Зои потребовалось все самообладание, чтобы вспомнить, кто он и почему явился к ней. Джинни!

Она отчаянно ухватилась за мысль о девочке и ощутила, как возвращаются силы. Он отпустил ее, как только она уперлась ладонями в его мускулистую грудь.