- Джинни слишком устала сегодня, чтобы ехать куда-нибудь, - сказала Зои. Она никак не могла решить, какая из перспектив пугает ее больше - ехать к нему или пригласить его к себе. - Честно говоря, я тоже немного устала. Не могли бы мы отложить ужин?

- Скажем, еще годика на полтора? Зои, этого не случится, так что давайте договоримся встретиться у вас. Об угощении не беспокойтесь. Я все закажу сам.

Решимость, прозвучавшая в его голосе, не оставляла места для возражений. Зои взглянула на ребенка, заснувшего в своем кресле.

- Тогда что же вы планируете?

- Я расскажу вам о своем плане сегодня за ужином.

Зои ощетинилась:

- Вы не можете просто так забрать ее у меня. Ей всего четыре с половиной года. Она нуждается во мне. - Так же, как и я в ней, добавила она про себя.

Судя по эффекту, произведенному ее словами, с тем же успехом она могла взывать к граниту. В его взгляде не было и следа жалости, его не смягчили даже слезы, выступившие на ее глазах.

- Вот теперь вы начинаете ощущать, через что я прошел за последние полтора года, - с удовлетворением отметил он.

- Я уже ощутила гораздо больше, - с трудом произнесла она. - Вы не представляете, что значит ежедневно видеть, как Джинни подрастает, любить ее всем сердцем и знать, что не можешь ее удочерить. Я вздрагивала от каждого стука в дверь в страхе, что ее семья нашлась и я потеряю малышку.

- Стук в дверь раздался, Зои. Сегодня вечером вам придется решить, как с этим справиться, - резко проговорил Джеймс.

- Если вы были столь же бесчувственны с Рут, то неудивительно, что она сбежала, - произнесла Зои.

Джеймс тяжело вздохнул.

- Вам не удастся причинить мне боль словами, так что не стоит и пробовать. Я приеду к вам в шесть вечера. Будьте готовы.

Он остановил машину у дома Зои, затем обошел ее, чтобы открыть дверцу и забрать Джинни с заднего сиденья. Девочка сонно склонила головку ему на плечо. Джеймс поправил ее растрепавшиеся кудряшки, и при взгляде на Джинни лицо его осветила улыбка.