Забавно, но Джеймс не мог припомнить, чтобы Рут когда-нибудь так заботилась о Женевьеве. Вздох отдался почти нестерпимой болью в голове. Зои была бы гораздо лучшей матерью, чем Рут. И гораздо лучшей женой? Джеймс запретил себе думать об этом. Он - причина ее разлуки с Женевьевой, так что ему не на что рассчитывать.

Садясь за руль, Зои выглядела бледной, но решительной, и, увидев ее слабую улыбку, Джеймс почувствовал к ней растущее уважение.

- Готовы? - спросила она.

- Может быть, все-таки мне сесть за руль? В ответ она нахмурилась.

- Вы же сами сказали, что почти ничего не видите. И вам нельзя больше принимать болеутоляющее, пока вас не осмотрит врач.

Проклятье, она права!

- Отлично, тогда едем. Только не гоните и, ради Бога, остерегайтесь кенгуру, они обожают перебегать дорогу перед самым вашим носом.

Зои бросила на него обиженный взгляд и тронула мощный автомобиль с места. С первыми несколькими километрами Зои справилась довольно легко, но и дорога была относительно ровной. Они встречали немало кенгуру, и даже одного красного, бежавшего на некотором отдалении параллельно машине, но дорогу животные не пересекали.

Зои взглянула на Джеймса.

- Расслабьтесь. Я справляюсь.

- Пока, - пробормотал он и туг же мысленно выругался. Меньше всего Зои нуждалась в том, чтобы он подрывал ее уверенность в себе. Он решил загладить свою вину:

- Вы отлично справляетесь.

- А как вы? Как себя чувствуете?

- Вижу по-прежнему плохо, но головная боль стихла. Скоро все пройдет.

Зои кивнула и вновь сосредоточилась на дороге.

Женевьева крепко спала на заднем сиденье. Джеймс на мгновение испытал зависть. Он много бы отдал, чтобы последовать примеру дочери, но им еще предстояли самые тяжелые подъемы. Зои мог потребоваться его совет.

- Мне понравилась история, которую вы рассказывали Женевьеве, пока мы собирались, - произнес он в надежде, что разговор немного его встряхнет. Сами ее сочинили?