Кайл нервно расхаживал по комнате. Каждое его движение выдавало тайное беспокойство.

Доминик закрыл дверь и прислонился к косяку, скрестив руки на груди. Явная нервозность брата-близнеца начала его забавлять. Обычно Кайлу удавалось скрывать природную импульсивность под маской спокойной сдержанности. Однако сегодня он, по-видимому, потерял контроль над собой. Просто из кожи вон лез.

- Ну, если наш дорогой отец все еще жив, что же заставило тебя снизойти до моего убогого жилища?

Кайл нахмурился. Пройдет еще несколько лет, и его мрачный характер проявится в резких морщинах вокруг рта, подумал Доминик. Пока же лицо брата казалось таинственным отражением того, что Доминик каждое утро видел в зеркале. Разве что чуть-чуть полнее и глаза, может быть, потусклее. И тем не менее они абсолютно одинаковые, как две горошины в стручке. Оба ростом немного выше среднего, худощавые, широкоплечие, с темными, слегка вьющимися волосами. Мальчиком Доминик упивался этим сходством. Сейчас он его ненавидел. Ужасно несправедливо, что они похожи лишь внешне, а во всем остальном совершенно разные.

- Может быть, братская любовь.

- Вы что, считаете меня круглым дураком, лорд Максвелл?

- Да. - Брат окинул захламленную комнату презрительным взглядом. - Думаю, ты мог бы больше преуспеть в жизни.

Доминик стиснул зубы. Его образ жизни - не предмет для обсуждения с братом.

- По всей вероятности, ты здесь потому, что тебе что-то понадобилось. Хотя я не представляю, что может предложить никчемный младший сын лорду и наследнику Рексэма.

К тому же, подумал он, если Кайлу и в самом деле что-то от него понадобилось, он с самого начала не так себя повел.

Брат, по-видимому, тоже это понял и заговорил более спокойным тоном:

- Ты прав. Мне нужна помощь, оказать которую сможешь только ты.

- Неужели?