Девушка поняла, что Дугал обречен, и сердце ее наполнилось тревогой. Она вновь взглянула на Руари Керра. И имя, и земли, которыми он владел, были ей знакомы. В отличие от Дугала, богатство его доспехов соответствовало истинному положению вещей.

— Я слышала, шотландцы взяли в плен самого рыцаря Огненная Шпора.

— Да, это правда, — кинув на девушку быстрый взгляд, ответил воин.

— Так не вернут ли в обмен на него наших пленных?

— Только тех, о ком будут просить. Если клан Дугласа хорошо знает твоего брата…

— Не знает.

— Тогда, скорее всего, выкупать его придется тебе. А поскольку англичане потерпели такое сокрушительное поражение, они, без сомнения, потребуют большой выкуп, чтобы как-то залечить раны.

— Именно так.

— Сестричка, — прошептала Маргарет, подходя, — я обнаружила еще одного живого, почти мальчика.

— Где он?

— На правом краю поля, почти на полпути отсюда до деревьев, в зарослях.

— Я вижу заросли. Он там?

— Теперь уже там. Я закрыла его юбкой и плащом, и он сумел отползти в кусты. Ты придумала, как помочь раненым и вынести их отсюда?

— Тот юноша богато одет?

— Беднее этого. А потом, его доспехи испорчены: порваны, испачканы кровью и болотной грязью.

— Тогда скажем, что это наш родственник, и мы забираем его домой.

— Но сэра Руари мы не можем назвать своим родственником. Те, у кого в роду так богато одеваются, не будут грабить погибших.

Нахмурившись, девушка с минуту смотрела на Руари, потом вдруг хитро улыбнулась, понимая: то, что она собирается сказать, — не совсем ложь.

— Мы объявим, что хотим вернуть его тело родственникам. Он очень богато одет, и награда будет щедрой. Оба воина должны притвориться мертвыми.

Острый взгляд зеленых глаз сэра Руари подсказал девушке, что он все понял.

— Но мы же не сможем вывезти их обоих на Бэнсите. Он всего лишь маленький пони.

— Конечно. Надо сделать носилки. Тебе придется пойти поискать, из чего их можно смастерить, а я останусь здесь: нельзя оставлять раненого и лошадь без присмотра.