— Не волнуйтесь, — заверил он леди Хоторн. — Никто никогда не узнает. У меня тоже есть репутация, и я хорошо известен своим тактом и осмотрительностью в любом вопросе. Это будет только нашим личным делом, и больше ничьим.

Джулианна облегченно выдохнула и снова постаралась подавить дрожь, то и дело охватывавшую ее.

«Ради всего святого, что я такое делаю?» Она задавала себе этот вопрос снова и снова. Неужели она действительно сидит здесь напротив убийственно хладнокровного мужчины и обсуждает с ним, как лучше обменять свое тело на долг Гарри? Брат был бы вне себя от ярости и, бесспорно, категорически запретил бы ей это. Но что еще она может сделать?

Со дня смерти матери Джулианна, которой тогда было всего одиннадцать лет, заботилась о своих младших брате и сестре и стала для них скорее матерью, чем старшей сестрой. В мире у нее не осталось никого, кроме них. Она не может бросить их сейчас, несмотря на величину жертвы.

— Хорошо, — пробормотала она. — Остается решить, где и когда. Хоть я и вдова, все равно не могу уходить и приходить, когда мне заблагорассудится. Придется встречаться тогда, когда моего отсутствия никто не заметит. Может быть, после обеда?

И мучительно покраснела. Как унизительно! За все годы брака она никогда не вступала с мужем в интимные отношения в другое время суток, кроме ночи.

— Это меня устраивает. Я пересмотрю свое расписание. Что до места, у меня есть на примете кое-что. Я подумаю и дам вам знать. Но вам придется сообщить мне свой адрес, чтобы я мог отправить к вам посыльного. Разумеется, осторожно.

В некотором оцепенении Джулианна назвала свой адрес на Аппер-Брук-стрит, только сейчас полностью осознав, что делает. Неужели она и вправду согласилась на этот постыдный план? С каждым произнесенным словом, с каждой прошедшей секундой он становился все реальнее.