– Чего-нибудь… ну чтобы красиво было… – мямлила «дурочка».

– Да вам и так очень хорошо, – уверяла ее Наташкина мастерица. – Нет, можно, конечно, тут выстричь… вот тут перышки соорудить…

– Таня, я тебе сразу скажу – он ей эти последние перышки повыдирает! Он же не оценит! – снова сокрушалась Наташка. – Ей бы… ну просто не знаю чего и придумать…

– А давайте просто освежим цвет волос? Стрижка у вас хорошая, а вот если сделать волосы чуть ярче…

– Давайте, – решительно мотнула головой Софья. – Сделаем ярче… а если ему и тогда не понравится, то…

– То пошлешь его на все четыре! – не утерпела Наталья.

– То можно будет перекраситься, правда же? – обернулась к мастерице Соня.

– Конечно, краситься можно будет до бесконечности!

– Пока волосы не вылезут, – снова вставила Наталья. – Ну тогда-то ты хоть будешь знать, что ему не нравится!

– Наталья, не зуди, нельзя же так завидовать замужним подругам! – слегка фыркнула Соня и отдалась в руки специалиста.

Наталья, как верный друг, весь процесс покраски не отходила от подруги и, даже когда Софья сидела в сушилке, занимала ее разговорами.

– Балуешь ты своего Тимофея, вот что я тебе скажу, – нудила она, роясь в сумочке. – Ты вот тут себя изводишь, а он, может быть, просто ничего не заметил. Или заметил, да промолчал. Он же у тебя лишнего слова не скажет.

– Скажет! Я вот недавно платье себе новое сшила, так он стразу сказал: «Бабкино исподнее, сними»! А там кружева ручной работы!

– Да ну! Прям настоящей ручной? – охнула Наталья. – Это французские, что ли, кружева?

– Да какие там французские… бабушка моя… крючком вязала.

– Ну так и правильно сказал!

– Да, правильно! Ты посмотри в журналах! Сейчас все в вязаном ходят!

– Тогда чего ему надо? – не понимала подруга. – Нет, Сонь, ну в самом деле? Ну чего ему надо-то? Ты вон какая вся… похудела, стрижку себе сделала… ножки у тебя… ничего. Даже талия вон какая! Чего он нос-то воротит? Плюнь ты на него, заведи себе любовника, пусть он тобой восхищается!