Сначала, правда, Тимофей не слишком себя вольно чувствовал, все озирался, ежился и вообще – старался не выходить из образа… как его… портального… брутального мужчины, но после следующей заказанной бутылочки все оказалось совершенно прекрасно. И все было – как тогда. Каким-то чудесным образом время совершенно не оставило на Ольге своих следов – даже на лице ее ни морщинки! И глаза… все те же – колдовские, безумные, манящие! И она звала его туда – в шальную, беззаботную молодость, где впереди была еще вся жизнь!

– А почему ты сказала, что я не погас? – спросил ее Тимофей, уже когда они пили какой-то другой коньяк в гостиничном номере. – Я что – звезда какая-то? Я ж простой мужик.

– Нет, не простой, – терлась кошкой о его плечо Ольга. – Понимаешь… в моей жизни всякое бывало… но как-то не складывалось с мужчинами. Не то чтобы их совсем не было, но… все не то. Я сначала долго не могла понять, в чем же дело. А потом… потом поняла. Они до тебя не дотягивали.

– Ну уж… ты скажешь… – приятно удивился Тимофей, поглаживая прохладную руку Ольги.

– Нет, ты не перебивай меня… я, наверное, и так говорю сбивчиво… понимаешь, первая любовь, она ж не забывается. Мы тогда расстались, я очень переживала… тосковала… даже приезжала в деревню, у бабушки твоей твой адрес спрашивала, хотела в армию написать, а она не дала… а потом… я свыклась. Боль притупилась. Встречалась с кем-то… даже пару раз замуж сходила, но… Видишь ли… я ж тебя еще и придумывала себе. Все время думала и дорисовывала, всякие качества тебе приписывала. Уже не знала – какой ты, как ты, а сама все рисовала и рисовала… А теперь, когда встретила!.. Тимка, я тебе так благодарна, что ты мою мечту не… ну что ты оказался таким, каким я тебя рисовала! Ты – красивый, серьезный, умный мужик.

– Да какой я умный! Я ж пары слов сказать не могу! – нехотя сопротивлялся Тимофей. – Хотя… не дурак, чего уж…