– О! – Кристиан воздел руки к небу. – И мое несчастье! Если бы вы ругались между собой, то у вас попросту не хватило бы времени на чтение мне проповедей.

– Кристиан, никто не собирается поучать и воспитывать тебя.

– Да? Мари, у меня порой такое чувство, что ты возомнила себя моей мамашей.

– Фу, Кристиан, какой же ты сегодня злой, – произнесла Мари таким обиженным тоном, словно и не слышала эту фразу при каждой встрече.

– Пойми, несчастливый брак с Флоранс позади. Один неудачный опыт вовсе не означает, что ты никогда не обретешь семейное счастье… – пастырским тоном начал Серж.

– Безусловно. У меня еще есть тысяча и один шанс испробовать на себе теорию вероятности. Вдруг триста пятьдесят седьмой случай окажется удачным.

– Тебе не повезло с Флоранс. Со всяким случается. Однако это вовсе не означает, что все женщины – стервы и алчные мегеры.

– Хотелось бы в это верить, Мари, но…

– Никаких «но». Ты должен забыть о бывшей жене и начать новую жизнь.

– К сожалению, Флоранс регулярно напоминает о себе просьбами об очередном повышении содержания. Моя чековая книжка худеет со скоростью, которой позавидовала бы любая фотомодель.

– Неужели она так и не нашла себе достойную работу? – с презрением спросила Мари.

– Вряд ли даже пыталась.

– Верно, зачем лишний раз прилагать какие-то усилия, когда добрый Санта Кристиан подкинет к Рождеству тысячу-другую евро? – с горькой иронией заметил он.

– Однако она ведь рванула в Штаты в поисках легкой жизни, разве не так?

– Да-а-а, Голливуд – город мечты и сказочных гонораров. Вот только актриса из нее третьесортная. Она и на развод-то со мной согласилась только потому, что уже грезила о мировой славе и «Оскаре». Мое счастье, что никто не открыл ей глаза, прежде чем она поднялась на борт самолета, летевшего через Атлантику.

– И все же, Кристиан, теперь ты свободен и имеешь полное право подумать о себе. Осмотрись вокруг.