– У вас есть какие-то определенные пожелания, мисс Брайерз? Предпочитаете блондинов или брюнетов? Рост высокий или средний? Англичанин или иностранец?

Мадам была на удивление деловита, словно они обсуждали меню для званого ужина, а не мужчину, которого покупали на один-единственный вечер.

Аманда неловко поеживалась. Вопросы были столь откровенны, что ее лицо пылало огнем, а щеки как-то странно покалывало. Интересно, испытывают нечто подобное и мужчины, впервые посещающие бордель? К счастью, именно это заведение оказалось перворазрядным, дела здесь велись с достаточной долей осмотрительности, мадам была тактична, а обстановка выбрана с куда большим вкусом, чем предполагала Аманда: ни откровенно шокирующих картин, ни непристойных гравюр, ни красных занавесок, ни шатающихся повсюду проституток или клиентов. Дом миссис Брадшо отличался спокойной неброской роскошью: стены, обтянутые темно-зеленым дамастом, уединенная приемная, обставленная превосходными образчиками мебели Хепплуайта. Рядом с софой в стиле ампир с украшениями в виде позолоченных дельфинов, стоял небольшой столик с мраморной столешницей.

Потянувшись за позолоченным карандашиком и крошечной записной книжкой, лежавшими на краю столика, Джемма Брадшо выжидательно уставилась на клиентку.

– У меня нет никаких особенных предпочтений, – пробормотала сгоравшая от стыда, но преисполненная решимости Аманда. – Я вполне доверяю вашему вкусу. Выберите сами и пришлите в мой день рождения, вечером, через неделю начиная от сегодняшнего дня.

Это заявление, неизвестно по какой причине, искренне развеселило миссис Брадшо.