– Тогда почему ты спрашиваешь, известно ли мне что-то о нем? Да еще таким встревоженным тоном.

– Я просто хотел тебя предупредить, что у него репутация богатого плейбоя по обе стороны Атлантического океана. Он, как бы это сказать, человек несколько свободных нравов.

Розали улыбнулась. Только Майк мог подобрать такие мягкие выражения для определения бабника. Подражая американскому акценту, она произнесла:

– Короче, он неравнодушен к женскому полу?

– Более чем. – Майк уже не улыбался. – У него было очень много женщин.

– Майк, ты что, серьезно думаешь, что Уорд может обратить внимание на такую серую мышку, как я? Он наверняка привык к роскошным фотомоделям, которые вращаются в его кругу.

– Розали, никто в здравом уме не назвал бы тебя серой мышкой. – Майк не переставал удивляться, что эта женщина не осознает, какой эффект оказывает на противоположный пол. Должно быть, глядя на себя в зеркало, Розали видит не то, что видят другие. И в этом виноват Майлз Стюарт. – Как бы то ни было, умоляю тебя будь осторожна. Я бы попросил о том же Венди, окажись она на твоем месте.

– Я знаю, Майк. – Розали коснулась руки друга. – Я ценю твою заботу, но, правда, мне нечего опасаться.

Сейчас она вспомнила этот разговор, уставившись на длинный ряд цифр на экране компьютера. Кингсли просил связаться с ним, прежде чем она будет говорить с подрядчиками о ценах. Наведя после разговора с Майком справки о новом клиенте, Розали обнаружила, что отели Уорда есть даже на Карибах и что он постоянно летает из страны в страну. К тому же Майк не преувеличивал, описывая любовные похождения Кингсли Уорда.