— Нравится? — заботливо поинтересовалась Ариэль.

— Да, очень, — ответил Купер, пораженный сочетанием горячего меда, имбиря и каких-то специй.

Ариэль довольно хмыкнула и поторопила:

— Допивайте, и начнем.

От этих слов Куперу стало не по себе. Он все старался отводить взгляд и не любоваться хозяйкой в открытую, но, подобно знатоку, завороженному редким произведением искусства, не мог оторвать от нее глаз.

Ариэль не была красавицей в привычном понимании этого слова. Пестрая бандана скрывала льняные кучерявые волосы. Лицо в форме сердечка, по всей вероятности, не часто баловали косметикой, носик дерзко вздернут, а в изумрудных глазах светится подозрительность, так что становится понятно — эта женщина многое пережила за свою короткую жизнь.

Что же касается фигуры, то Купер мало что мог разглядеть под мешковатой, такой же пестрой, как и бандана, юбкой и хлопковым топом, который скрывал больше, чем открывал. И пусть он не мог многое рассмотреть под этой причудливой одеждой, но каким-то образом сочетание волевого лица, экзотической одежды и ее своеобразного стиля заинтересовало его. Хотя обычно его привлекали элегантно одетые женщины, увешанные дорогими украшениями.

— Ну что ж, приступим. Идите за ширму и раздевайтесь, а я сяду здесь и тоже приготовлюсь, — приказала Ариэль.

Ее воодушевленный и немного командирский тон позабавил Купера. Она не заставит его раздеться. Так что пора открыть карты.

— Мисс Уоллес, — осторожно начал он, — я думаю, это плохая идея. Понимаете, произошла ошибка…

— Нет! — воскликнула Ариэль и за две секунды преодолела разделявшее их расстояние. — Не хочу ничего слышать! У меня нет времени искать другого натурщика. Мне необходимо как можно быстрее написать эту картину, так что вы останетесь, нервничаете вы или нет! Вам все понятно?