Однако нежелательные для ее имиджа эмоции, проскользнувшие было в ее восхитительных глазах, исчезли почти в то же мгновение, как только тренированный взгляд Алана сумел заметить их. На лице Джулии вновь затрата уверенная улыбка, едва она посмотрела в его сторону. Алан сначала удивился, но потом понял, что причина вовсе не в нем.
– Простите, что вынужден временно прервать наш разговор. Я должен поприветствовать свою невесту, – с непритворной надменностью пробормотал Ламберт Уиндем и направился навстречу Джулии. Он поцеловал ее в щеку, властно обняв за плечо.
Внимательно наблюдая за этой парой, Алан понял, что был не прав, подумав, что знаменитая модель явилась в этот раз без каких-либо украшений. На безымянном пальце левой руки Джулии сверкало кольцо с огромным бриллиантом в форме сердца.
Так вот, значит, кем оказалась невеста Ламберта Уиндема! Это в корне меняло дело. Портрет красавицы Джулии Макколган Алан просто обязан был написать. Его заинтриговало умение фотомодели быстро маскировать свои эмоции, что делало ее вдвойне прекрасной. Эти эмоции ему очень захотелось изучить и понять, и не только для того, чтобы потом передать на холсте…
– Прости, что немного опоздала, – тепло улыбнулась она Ламберту. – Задержалась на примерке нового платья.
– Ты здесь, и это главное. Остальное не имеет значения, – ответил он и повернулся, чтобы вместе с ней направиться в противоположный конец зала.
Разговоры вокруг возобновились. Даже по прошествии семи лет, с тех пор как она стала ведущей моделью, Джулия так и не привыкла к повышенному вниманию со стороны публики. Приходилось изображать безразличие, чтобы скрыть то волнение, которое она испытывала от пристальных взглядов, устремлявшихся к ней. Порой это давалось нелегко.