Нора вздохнула:

– Ладно, пора в «домашнюю комнату».

Весь день школа бурлила. Девочки и в классе, и на переменах обсуждали конкурс в команду болельщиц, а мальчики – соревнования по баскетболу.

Элизабет одинаково хотелось избежать и того, и другого зрелища. Но она решила написать об этом в газету, и понятно было, что придется смотреть.

Когда она, толкнув тяжелые двери, вошла в спортзал, он был уже переполнен. В одном углу зала сгрудились взволнованные, но самоуверенные девочки в гимнастических костюмах. Окинув взглядом толпу, Элизабет тут же увидела Эми, одиноко стоявшую около трибун. Она поспешила, чтобы еще раз поговорить с подружкой.

Эми попыталась улыбнуться:

– Вот это конкурс!

Элизабет пыталась заглянуть подружке в глаза. Ей так хотелось отговорить ее от участия в этом глупом конкурсе.

– Эми, ну зачем тебе все это нужно?

– Элизабет, брось, пожалуйста. Сколько раз повторять тебе. Я действительно хочу стать членом команды болельщиц, и я буду участвовать в этом конкурсе, – Эми упрямо вскинула голову и с грустной улыбкой добавила: – Знаю, о чем ты думаешь. Только я в себе уверена. Они обязательно выберут меня, когда увидят, что я умею. Но все равно спасибо тебе. Я же понимаю, ты добра мне желаешь. – И она отошла в сторону.

Усевшись на скамейку, Элизабет следила за Эми взглядом, все еще надеясь, что та поймет, какая это ерунда и откажется от этой пустой затеи. И тем самым спасет себя от той ловушки, в которую ее хотят заманить Единороги, да и не только ее одну…

Пока Элизабет сидела и размышляла, ее сестра, Лила, Эллен и Джанет вышли из раздевалки, одетые в одинаковые фиолетовые трико и белые лосины. И выражение лиц у них было одинаковое – царственно-скучающее.

– Привет всем. Встаньте в ряд или еще как-нибудь, что ли. Готовы? – Лила Фаулер, с блокнотом в одной руке и карандашом в другой, была наготове.