— На нее надеяться смешно, потому что положение весьма плачевно. У нас формируется организация для защиты нашей страны? — Из местных добровольцев.

— Энтони Идеи, новый военный министр, сообщил на днях о ней. А это значит…

— Защита против вторжения?

— Если Франция падет…

— Такого просто не может быть!

— Вы говорите, там есть «линия Мажино». Но Бельгия и Голландия, несмотря на мужество своих народов, оказались легкой добычей для завоевателей, и Франция, как и мы, не подготовилась заранее. В общем, мы должны быть готовы ко всему.

— Можно ли надеяться, что Гитлер никогда не вторгнется в Англию?

— Трудно сказать. Существует Ла-Манш.

— Поблагодарим Бога за это.

— Ну, сейчас мы готовимся, если даже создается организация добровольцев. Можете себе представить, что я испытываю, оставаясь здесь… в общем, я вступил в эту организацию.

— Я знаю, Гордон. Вы не могли остаться в стороне.

— Я назначен начальником нашей местной группы.

— Я рада, Гордон. Знаю, что вы с этим справитесь.

— Надеюсь, что дело не дойдет до вторжения. Но надо быть реалистами и видеть ясно как светлую, так и темную сторону происходящего сейчас.

— Я согласна с вами. Правда, хотя мы и готовимся к вторжению, это ведь не значит, что оно может произойти.

— Чем лучше мы будем готовы к этому, тем меньше вероятности, что это может произойти.

Я молчала, думая, как всегда, о Джоуэне и Эдварде.

Гордон понимал, что я чувствую. Он не пытался завести легкий разговор с девушкой, как многие бы сделали на его месте. Он слишком хорошо понимал, что меня прежде всего волнует. Поэтому Гордон очень подробно рассказал о новой организации и о ее проблемах, даже о том, что некоторые мужчины были слишком стары или не подходили для действительной службы, но с энтузиазмом вступили в ряды добровольцев.

Когда мы вышли из гостиницы, Самсона уже подковали, и мы вернулись в Трегарленд вместе.