— Сколько же лет прошло? Десять?.. Пятнадцать?.. — Она слышала неприязнь в его тоне. — Странно видеть тебя здесь. Ты просто навестила отца или насовсем вернулась в Морской Утес?

Она, наконец положила ручку и подняла на него глаза, пытаясь совладать с нервами. Но Викки не смогла спокойно смотреть на него. Он казался еще выше, взгляд голубых глаз по-прежнему тревожил душу. Яркий свитер хорошо сочетался с загорелой кожей. Гладко зачесанные волосы придавали ему необычайную сексуальность. Лицо его утратило мальчишеские черты, теперь он стал даже еще красивее… если такое вообще возможно.

Тогда ей было всего восемнадцать, а ему — двадцать два. Теперь она тридцатитрехлетняя вдова с подростком-сыном на руках и хозяйка небольшого, но важного для их городка магазина. Она стала намного взрослей и серьезней.

Викки попыталась заговорить, но не могла вспомнить ни одного из тех слов, что так старательно готовила все эти дни. Она залепетала, как неопытный подросток, а не солидная женщина:

— О… Мой отец… он умер два месяца назад. Я вернулась, чтобы управлять магазином. Моя фамилия Бингхэм. Викки Бингхэм.

В глазах его мелькнуло удивление. Голос стал немного мягче:

— Извини. Я не знал о твоем отце.

— Это… это произошло неожиданно. Инфаркт. — От волнения у нее подкашивались ноги. Она молила, чтобы в магазин заглянул какой-нибудь покупатель или Норин Диллон, продавщица, пришла сегодня на работу пораньше. Она умоляла Бога, чтобы случилось хоть что-нибудь, что бы разрядило напряженную атмосферу, повисшую в воздухе.

Викки подошла к полке и принялась поправлять журналы. Она ощущала на себе пристальный взгляд Вайатта, но не решалась обернуться.