Потянувшись и размяв затекшие ноги, Лена обернулась и застонала: на веранде небольшого одноэтажного домика собралась целая толпа людей.

– Иди сюда! – прокричал кто-то из этой толпы. – Хватит бока отлеживать.

Пришлось подчиниться и подняться по ступенькам к огромному накрытому столу, вокруг которого разместилось человек десять разномастных людей.

– Вот она, наша красавица, – высокий полноватый мужчина обнял Лёку за плечи и притянул к себе, – И именинница, конечно.

– Серега, отстань, – прошипела именинница и тут же улыбнулась гостям, – Всем привет.

На веранде поднялся шум: каждый стремился первым поздравить, вручить подарок и – обязательно – поцеловать в щечку. Когда процедура была закончена и гости расселись вокруг стола, Сергей проконтролировал разлитие спиртного и взял в руки бокал.

– Итак, дорогая моя. Я прекрасно знаю, как ты всех нас ненавидишь, но сегодня тебе придется хотя бы сделать вид, что все комплименты и чудесные слова поздравлений тебе нравятся. Что бы ты ни говорила, а тридцать пять – это возраст. В хорошем смысле этого слова. К этому возрасту человек приходит с неслабым багажом. Багажом знаний, умений, опыта. А также – как ни прискорбно – страданий, нервов и…

– Геморроя, – подсказала откуда-то снизу Яна. Все расхохотались. – Сержик, кончай морализировать. Леночка, милая, за тебя. Счастья тебе, здоровья, радости! И, конечно же, любви. Мы все тебя очень-очень любим.

Под общие аплодисменты Лёка поклонилась и поцеловала недовольного Сергея и Яну в щеки. Когда утих звон бокалов и гости принялись наполнять тарелки закусками, Лена тихонько упала в кресло и задумалась, глядя на темнеющий вдали лес.

Вот и тридцать пять. Если бы в детстве кто-нибудь сказал Лёке, что она доживет до столь преклонного возраста, то в ответ услышал бы только смех. Если бы это сказали лет шесть назад – то мрачную усмешку. А сейчас… Сейчас Лёка не чувствовала в себе этого «багажа». Совсем не чувствовала.