— Хочешь сказать, что мне нужно подбирать что-нибудь в таких расцветках?

— Полевые цветы. Буйство красок. Природа, как известно, не терпит ограничений. Нельзя приручить жизнь, не покалечив ее. Свобода.

Леора тяжело вздохнула.

— Парение. Прекрасный дар. Сказки и короли. Лунный свет и слезы.

После чего в трубке Леоры раздались короткие гудки. Она только покачала головой. Ее сестре во всем свете нет равных. Никто в семье ее не понимал, хотя все пытались. Леора была ближе всех к Ноэль — не только потому, что они были ровесницами, но и благодаря сходству их судеб. Когда Ноэль было лет пять, ее бросили одну в огромном супермаркете. Каким-то чудом ей удалось просуществовать на улицах целый год, прежде чем власти занялись ребенком и в конце концов отдали ее — уже в возрасте восьми лет — на воспитание в дом Лоррейн.

Леора отчетливо помнила свою первую встречу с Ноэль. К тому времени заканчивался всего лишь первый месяц ее собственного пребывания в семье Сент-Джеймс, и прошлое никак не желало отпускать ее, вновь и вновь возвращаясь ночными кошмарами. Ноэль пришла к ней в темноте, ни словом не упомянув о горестных всхлипах и плаче, которые, видимо, и разбудили ее. Она присела рядом, взяла Леору за руку и начала свой первый рассказ о забавных сказочных существах, способных взмахом сильного крыла или ударом мощного клюва исправить несправедливость мира.

Больше года сочиняла Ноэль для Леоры все новые и новые сказки, приходя ей на помощь всякий раз, когда начиналось сражение с монстрами прошлого. И однажды прошла ночь без кошмаров. В цепи ужасных воспоминаний выпало первое звено. Леора много раз пыталась поблагодарить Ноэль за избавление от страхов, но та вела себя так, словно не понимала, о чем речь. Она улыбалась своей знаменитой отсутствующей улыбкой, приводившей всех вокруг в недоумение, — и отправлялась играть с куклой. Она всегда любила уединение и избегала шумных игр. И до сих пор ни единая душа не знала о том, как Ноэль ночь за ночью плела свою сказочную нить, спасая рассудок напуганной сверстницы.