Ощущение того, что она приносит пользу, что она нужна людям, приходило к ней медленно, но неуклонно. Однако это пробуждение характера не поколебало решимости Лоррейн, когда она предложила Леоре, как и остальным своим дочерям, познакомиться с жизнью обычной женщины, заняться каким-нибудь простым делом, не полагаясь на то состояние, что было обеспечено каждой из сестер по достижении двадцатитрехлетия. Две из сестер Леоры преуспели там, где она только-только начинала делать первые шаги.

— Дорогая, не молчи, пожалуйста! Я знаю, что это не похоже на нашу Каприс, но, уверяю тебя, брак будет удачным. Вот подожди, увидишь их вместе, сама все поймешь, — пообещала Лоррейн.

Леора была рада, что их разделяет расстояние и ей легко скрыть свои сумбурные эмоции. Она постепенно училась держать свои сомнения и колебания при себе, а не выкладывать их при первом же испытующем взгляде или вопросе Лоррейн. План матери сработал. Оказавшись один на один с пугавшим ее миром, Леора прошла огромный путь и теперь была уже далеко не тем человеком, что семь месяцев назад. Но от целей, которые она сама для себя поставила, ее все еще отделяла значительная дистанция.

— Когда свадьба? — На этот раз в ее голосе не прозвучало даже намека на недоверие. Каприс пришлось очень нелегко. Если нашелся мужчина, готовый с любовью принять и ее, и ее еще не родившегося ребенка, то Леора могла лишь порадоваться за сестру.

— Ровно через две недели.

Вот это да! Каприс в жизни не совершила ни одного поспешного поступка, а уж тем более если дело касалось такого важного шага, как замужество. Леора резко выпрямилась на кровати:

— Ты шутишь.

— Дариан хочет обвенчаться с Каприс до рождения малыша, чтобы зарегистрировать ребенка на свое имя, — тихо отозвалась Лоррейн.

Леора не нашлась что ответить — по той простой причине, что не смогла придумать ни одного мало-мальски подходящего к случаю замечания, не говоря уж о неподходящем.